Главная Новости Фотогалерея Опросы Библиотека Карта сайта E-Mail Форум
Навигация
 
О Клане
 
Наш опрос
Активных опросов на данный момент нет.
 
RSS / РСС
 
 
Реклама


Globo Clicks - партнерские программы


Введите слово для поиска :
Творчество Рождение героя.
Рождение героя.



Глава 1.

Дождь хлестал как из ведра. По дороге от института к метро я подумал, что всё лето у меня не было возможности как следует искупаться и загореть. Осмотрев себя, я пришёл к выводу, что искупался неплохо: одежду можно было выжимать долго и упорно, в ботинках хлюпало не меньше ведра воды в каждом. «Сегодня будет прекрасная летняя погода» - не без ядовитого сарказма вспомнил утренний прогноз синоптиков идущий рядом мужик. Я сочувственно кивнул и хотел кое-что добавить на злобу дня, но тут же заткнулся: встречный ветер обрушил на меня целый ушат воды. Матюгнувшись про себя, я выхватил из пачки сигарету, намереваясь отдохнуть и покурить в предбаннике метро, но случилось нечто ужасное: сквозь вой ветра я услышал крик Веры – девушки, с которой мы вместе учились в институте, с которой я одно время встречался. Но потом произошла одна неприятная история и мы расстались. Более того, общаться я с ней не мог – мне было больно видеть её с другим человеком. Его звали Дима. Это был мой лучший друг. Но я по-прежнему был готов сделать для неё всё – потому что любил её больше жизни. И для него тоже я был готов сделать всё возможное. Он был мне больше чем друг – он был для меня братом...

Услышав её надрывный крик, я вылетел обратно на улицу под дождь и остолбенел: Веры на улице не было. Твердо осознавая, что это была не галлюцинация, я рванул обратно, решив, что Вера кричала в метро. В этот момент входная дверь в предбанник распахнулась с такой силой и скоростью, что я ничего не успел предпринять: металлический край двери двинул мне прямо в центр черепа и я отлетел метра на три, пропахав спиной асфальт. В голове как будто фугас взорвался, в глазах заискрились звёзды и я отключился.

Придя в себя, я первым делом дотронулся до головы и тут же взвыл: адская боль пронзила меня от макушки до пяток. Вспомнив, из-за чего всё произошло, я огляделся в поисках Веры. Её нигде не было. Что самое интересное, народу вокруг тоже было негусто. Точнее говоря, ни души. Я посмотрел на часы – они не работали. Вероятно, разбились при падении. Оглядевшись внимательнее, пришёл в ужас: такое впечатление, что я пролежал в коме лет двести пятьдесят. Вдоль дороги, где обычно парковались дорогие иномарки, теперь стояли в ряд гниющие остовы. Вход в здание метро обветшал и держался на деревянных столбах, которые обычно используют в шахтах, чтобы не обвалилась порода. Двери, о которых осталось такое прекрасное напоминание на лбу, вообще отсутствовали. Такое впечатление, что я попал в Москву, до которой добрался Гитлер. Станция Автозаводская выглядела угнетающе. Однако, я почувствовал дрожь в ногах и понял, что метро до сих пор работает.

«Какого чёрта? Что я вообще здесь делаю? И как я сюда попал? Почему я здесь?» – все эти вопросы вертелись у меня на языке, но, к сожалению, задать их было некому. Я решил спуститься в метро и посмотреть как там обстоит дело, как вдруг за спиной услышал нарастающий рёв. Память услужливо подсказала, где я мог слышать такой звук: свистящий и давящий на мозги – на взлётной полосе при прогреве турбинных двигателей! Я обернулся. Прямо на меня шёл отечественный истребитель, лихо раскрашенный в некоторые цвета радуги. Картинка была настолько неестественной, что я в первую минуту замер столбом. Затем шустро развернулся и помчался ко входу в метро. Едва я успел нырнуть в предбанник и пробежать к турникетам, как самолёт развернулся и звук двигателей стал стихать. «Вторая мировая, блин!!! Чего ему надо было от меня? Неужели это другое измерение? Неужели здесь, в Москве, я найду себя, Димку, Веру... Твою за ногу, да сколько можно!!! Мне ещё сердечных переживаний не хватало! – приуныл я, - Только Димана с Верой и не хватало. Вера встречается с моим лучшим другом Димкой. Я ж здесь тогда повешусь!»

Только я подумал об этом, как вспомнил о матери. Она-то волнуется! Ночей спать не будет! Чёрт, да как я вообще здесь оказался?! «Надо двигать домой», - решил я. Пройдя через неработающие турникеты, невесело усмехнулся: наверное, теперь так будет почти со всем транспортом. А пешком передвигаться опасно, в этом я уже убедился. Подойдя к эскалаторам, я подтвердил свои предположения: ни один из них не двигался. Ступив на эскалатор, я собрался спуститься пешком, как вдруг металлическая лента заскрежетала. Я едва успел вернуться на площадку, как ступеньки с грохотом обрушились. «Твою налево! Здесь хоть что-нибудь работает или нет?!» – выругался я. «Каким раком я теперь спущусь? Проверять на крепость оставшиеся два эскалатора мне совсем не хочется!» Однако, поразмыслив немного, я пришёл к выводу, что можно попробовать спуститься по резиновым поручням. Попробовал подёргать – поручень сидел как влитой! Хоть это радует! Взобравшись на него, я некоторое время балансировал, пытаясь найти равновесие. Мои попытки хорошим не окончились: сзади раздался хлопок, резиновая змея подо мной закачалась и я поехал вниз, постепенно набирая скорость. У самого конца эскалатора поручень неожиданно заклинило и я ласточкой вылетел в зал метро. В полёте мне удалось сгруппироваться и я приземлился на ноги, сразу же потерял равновесие и хлопнулся спиной о колонну. По залу разнёсся дикий вопль: «Да твою мать! Когда всё это кончится!? Я пока до дома доеду, калекой стану!»

Было больно, обидно, но не смертельно. Так что жить можно. Оглядевшись, я убедился в том, что сама станция не пострадала, как всё остальное. Правда, плитка обвалилась в некоторых местах да надписей много на стенах появилось. Мелькнула догадка и я подошёл поближе, стараясь рассмотреть написанное. «Ребята, всем привет! Хорошего сцепления с дорогой и никаких заносов. Вова. ДМБ 2004» – прочитал я. Та-а-ак, значит, год приблизительно тот же самый. Всё-таки другое измерение. На этом пока остановимся, а то голова взорвётся от такого количества информации. Как я сюда попал, можно будет подумать попозже.

Главное, добраться домой. В туннеле раздался грохот и лязг: подходил поезд. Я помчался к остановке первого вагона, надеясь пробиться к машинисту и поговорить хотя бы с ним. Когда поезд подошёл, меня просто затрясло. В кабине за пультом управления сидел скелет в фуражке и форме машиниста и мило мне ухмылялся. Я отшатнулся, меня чуть не стошнило. Но раздумывать долго нельзя, надо залезать в вагон. Я очень надеялся, что в вагоне таких сюрпризов не будет. Зайдя в поезд, я с облегчением обнаружил, что он абсолютно пуст.
Приземлившись на диван, я обхватил голову руками, - «Что же со мной будет дальше?» Этого я не знал.

Садиться в поезд я не боялся. Я знал, что состав управляется автоматикой. Возникал другой вопрос: на кой хрен подавать электроэнергию в метро, если кроме скелетов там никто не ездит. Но это пока не факт. Может, народ просто экономит на дорогостоящих квалифицированных кадрах. От собственной шутки на душе немного полегчало. «Ладно, надо немного прийти в себя. А то башка раскалывается, как будто по ней пневматическим молотом шарахнули.» С этими мыслями я уснул...

Глава 2.

Проснулся я, когда поезд со всего маху остановился, да так, что меня просто выкинуло с сиденья. Хорошо, что головой не ударился. Видно, скелет в кабине не справился с управлением и налетел на кочку. По громкой связи хрипящим голосом было объявлено, что поезд прибыл на станцию Белорусская и дальше идти не собирается. Пассажирам в вежливой форме предлагалось выметаться из вагонов и найти свой счастливый путь как можно скорее. Меня формулировка немного удивила, но я не стал выяснять, в чём дело. Если я здесь приживусь, то и с этим разберусь. Пока у меня цель другая – найти ещё какой-нибудь транспорт.

До метро Речной вокзал поезда не ходили, как было объявлено по громкой связи, поскольку туннель обвалился. Представляю, как это – слышать эту радостную весть каждый день. А может и не каждый. Фиг его знает... ещё ничего не ясно... Надо выбираться в город и что-то искать. Надо подниматься наверх. Вспомнив, как я спускался в метро, меня бросило в жар. Эскалатор на «Белке» - дай Боже каждому столько здоровья, чтобы подняться наверх. Но, к своему удивлению, подойдя к эскалатору, я обнаружил, что он работает... но как-то не так... На этот раз его скорость превышала нормальную раза в четыре!!! «Да что за фигня! Один на части рассыпается, а на другой надо с разбегу запрыгивать! Ну и заморочки! Ладно, была-не была! Банзай!» С первобытным воплем я рванулся на абордаж эскалатора, прыжком поднялся в воздух и встал точнёхонько на ступеньки, причём полной подошвой. Хоть в этом повезло. Теперь в город, на поиски машины или чего-нибудь ещё. На подъёме эскалатор, зараза такая, ещё увеличил скорость. Меня буквально выбросило со ступенек. Кое-как я затормозил, спокойным шагом вышел в город и... меня затрясло как в лихорадке: вместо привычного здания Белорусского вокзала я увидел какое-то деревянное строение, отдалённо напоминающее силосную башню. Радовало хотя бы то, что троллейбусные провода присутствовали.

На стоянке чинно выстроились ряды маршруток и опять никого поблизости. Такое впечатление, что город просто вымер. Этого я боялся больше всего. Что мне некуда будет идти. Кое-как я справился со страхом, захлестнувшим меня на несколько секунд. Надо идти на стоянку. А то уже стемнело. Забравшись в одну из «Газелей», я был поражён. Они все были в отличном состоянии. Радость моя усилилась, когда я обнаружил ключи, торчавшие в замке зажигания. Я перелез на водительское сидение и повернул ключ. Мотор затрещал, завёлся на несколько секунд, чихнул и заглох. Посмотрев на стрелку бензомера, убедился, что машина кушает исключительно пары бензина. Бак был пуст, как желудок севшей на диету девчонки. Вот незадача. Ладно, будем искать дальше. Через полчаса я совершенно вымотался. Ни одна «Газель» не была заправлена. Зато ключи были во всех. Но это мало помогло. Надо искать бензин. А где? Вроде была бензоколонка недалеко.

Проплутав в поисках ещё полчаса, я вышел к родимому Лукойлу. Опять никого. Да что же это такое? Куда все делись? Ладно, за бензином, так за бензином! За двести метров до заправки дорога превращалась в дощатый настил. Ничего, не подозревая, я ступил на доски и пошёл, как ни в чём не бывало. Я почти дошёл до здания, когда рассохшийся материал подо мной нехорошо затрещал. Я ещё не сообразил, что к чему, а уже летел вниз. Полёт скоро кончился. С чувством собственного достоинства я грохнулся на каменный пол, завершив карьеру лётчика. Отряхнувшись от насыпавшейся на меня дряни вроде дохлых крыс, деревянных обломков и пыли, я поднялся на ноги, чтобы осмотреться. Темнота была – хоть глаз выколи.

Нащупав в кармане зажигалку, я облегчённо вздохнул. Чиркнув колёсиком, высек огонь. Неверное, дрожащее пламя зажигалки высветило передо мной какую-то тёмную махину. Я подошёл ближе, и в этот момент раскалившаяся зажигалка обожгла мне пальцы, и я уронил её на пол. Нашарив зажигалку, я подошёл к этому предмету вплотную. Это машина. Интересно, какая? Я опять зажёг огонь и поднёс зажигалку к машине. Мой ненадёжный источник света выхватил из темноты бело-голубой значок «бумера». Радость и восхищение овладели мной, и я стоял, не отрывая взгляд от машины моей мечты... Пока чёртова зажигалка вновь не обожгла меня. С проклятиями я отшвырнул её от себя. Как я и ожидал, «бэха» оказалась незапертой. Пошарив в бардачке, я нашёл фонарик. Включив его, я осмотрелся. Это было некоторое подобие военного бункера. Я обнаружил два ящика с продуктами, четыре полных канистры с бензином и намертво заклеенную коробку. Тут я заметил, что батарейка в фонарике садится, и стал искать выключатель. Нашёл, в конце концов.

«Да будет свет – сказал монтёр, и яйца фосфором натёр», - с этими словами я щёлкнул выключателем. Яркий свет залил помещение, заставив меня зажмуриться. Привыкнув к свету, я обшарил этот бункер в поисках чего-нибудь полезного. Сам бункер был метров триста в длину и метров десять в ширину. Но кроме машины, ящиков, канистр с бензином и заклеенной коробки больше ничего не было. Хотя ещё были монтировка, кожаные перчатки с обрезанными пальцами и два блока моих любимых сигарет «Кент 8». Это лежало в машине. Распечатав упаковку, я увидел, что все продукты как будто только что из магазина. Вспомнив, что я ещё ничего не ел после института, я с жадностью набросился на еду. Всё оказалось свежим. Перекусив, я закурил. Жизнь хороша и жить хорошо. А что это за коробка всё-таки? Достав из кармана нож, я распорол скотч и отогнул края. Коробка оказалась забита древесными опилками. Разворошив опилки, я присвистнул. В коробке покоились два пистолета ТТ с глушителями, две гранаты Ф-1 и спортивный пистолет Марголина. «Ни хрена не понимаю! Мужик, наверное, на войну собирался! Только на кой чёрт ему Марголин сдался?» – пробормотал я, освобождая оружие от пыли. Порывшись в коробке поглубже, обнаружил десять обойм для ТТ и две для спортивного. «Ну вы, блин, даёте, господа! Куда я попал? Всё, надо выбираться отсюда!»

Сев за руль, я принялся искать ключи. Поиски не заняли много времени. Не оригинально прятать ключи зажигания за противосолнечным козырьком. Но машину я заводить не стал. Надо добро сначала упрятать. Открыв багажник, я уложил туда все четыре канистры, туда же полетела монтировка. После некоторых раздумий она перекочевала под водительское сиденье. Мало ли что... Продукты я кинул назад. Всё, можно ехать. Движок завёлся с пол-оборота и довольно заурчал. «Бумер» был заправлен под завязку. Пройдя до конца импровизированного гаража, я обнаружил рубильник. Нажав красную кнопку, я подождал, пока ворота не откроются полностью. Выйдя из ворот, я отшвырнул доски, образующие своего рода навес. Вернулся к машине, забрал оружие и выехал к вокзалу. Добравшись до Ленинградского проспекта, я включил спортрежим и понёсся на полной скорости к дому...

Глава 3.

По дороге домой мне совсем некстати вспомнилось, как я познакомился с Верой. Это было в институте, на новогодней дискотеке. Её сокурсницы тогда неплохо подсуетились и мы стали встречаться. Мы встречались около трёх месяцев. Это были лучшие мгновения моей жизни, я был счастлив как никогда прежде. А потом... потом появился другой... я его совсем не знал... я знал только, что ей было с ним лучше, чем со мной. Я отпустил её, потому что любил без ума… мне было очень горько... неделю я засыпал на промокшей от слёз подушке, оплакивая невосполнимую потерю любимого человека... потом она рассталась с ним. Вроде всё стало на свои места... а потом сокурсница, которая участвовала в сведении нас с Верой, свела её с Димкой... от этого удара я уже не смог оправиться... Глаза застлала пелена слёз, горло сжала ледяная рука воспоминаний... Я жадно хватнул ртом воздуха, открыл окно и закурил... Вера, Вера... Как же мне... К чёрту всё! Сколько можно скулить...

Я вытер рукавом выступившие на глазах слёзы и только тогда посмотрел на спидометр. Стрелка прочно лежала на отметке 280. Это была последняя отметка. Я убрал ногу с газа, и мотор перешёл с равномерного сильного рёва на почти неслышное урчание. Я свернул на Новосходненское шоссе и откинулся на спинку сиденья. Можно было немного отдохнуть – на этой дороге я знал каждую кочку. Не успел я об этом подумать, как машину встряхнуло так сильно, что я чуть не выпустил руль. Затормозив, я решил проверить, на что налетел. Прежде чем выйти из машины, я спрятал за пояс один из «тэтэшников» и вооружился монтировкой.

Как только я вышел из машины, сзади раздался пронзительный визг и, обернувшись, я увидел нечто страшное. Зловонная чёрная пасть раскрылась, демонстрируя белые клыки, залитые тягучей жёлтой слюной. Мохнатое, сильное туловище сидело на крепких голенастых ногах. Вид этого неизвестного мне зверя внушал страх. А ещё отвращение. От отвращения меня чуть не вывернуло наизнанку. Чудовище заревело и бросилось в атаку. Не растерявшись, я огрел эту тварь монтировкой по морде, а затем выхватил пистолет и всадил в неё одну пулю, вторую, третью... Зверь перестал реветь и тяжело рухнул на землю. Тяжело дыша, я сел в машину и вытер пот, обильно катившийся по лбу и по щекам. Осматривать эту дрянь из чистого любопытства мне не хотелось, а вот освободить пространство желудка после встречи с ней захотелось моментально.

Успокоившись, я умылся водой из бутылки, лежавшей в машине и, переборов отвращение, приступил к осмотру. Убитый мною зверь являл собой нечто среднее между летучей мышью и огромной обезьяной. Летучие обезьяны, блин. Попытавшись оттащить его с дороги, я понял, что потрачу на это не менее двух часов. Мышастая обезьяна оказалась весом с хорошую чугунную болванку, и убрать её с проезжей части представлялось почти невозможным даже для троих человек, не говоря уже обо мне одном. К тому же от неё исходил аромат, который чувствовался, наверное, даже в противогазе. Поэтому я плюнул на это занятие, а заодно и на эту мышь–акселератку с обезьяньей фигурой.

Сев за руль я только успел завести двигатель, как страшные вопли опять огласили окрестности. «Ну, всё, кирдык мне! Семья пришла за отбивными яйцами по-флотски! Сейчас меня просто порвут на много отдельных маленьких человечков!» Ан нет... Ревела, как оказалось, недобитая мной мартышка. Я даже не стал вылезать из машины – я просто сдал назад. Рёв превратился в вой, потом внезапно всё стихло. «Прости, красавица, что пришлось с тобой так жестоко обойтись», - я похлопал «бумер» по полированной торпеде. «Поехали домой, старина...»

Шестилитровый двигатель без всяких усилий нёс меня к моей родной улице. Я мурлыкал себе под нос какую-то мелодию и был почти счастлив: на дороге никого, сижу в тёплой машине, о которой давно мечтал, никаких ментов, штрафов... только вот и других людей тоже незаметно... сильно напрягает... очень сильно... да ещё этот мутант, бросившийся на меня возле Химкинского кладбища. Откуда он вообще взялся и что здесь, чёрт всех дери, происходит?

Посмотрев на дорогу, я онемел от ужаса: в свете ксеноновых фар я увидел Веру, стоящую посреди дороги в белой одежде. Я увидел её глаза, и мне стало страшно: они смотрели на меня немигающим взглядом, в котором полыхала неугасимая ненависть. Опомнившись, я утопил педаль тормоза в пол. Завизжали покрышки, но машина остановиться не смогла. Я закрылся руками, ожидая удара. Но ничего не произошло. Я продолжал ехать. Из последних сил я затянул ручник. «Бумер» вильнул в сторону, съехал с дороги и заглох. Я вылетел из машины как ошпаренный и кинулся на дорогу. Но сколько я ни искал следов столкновения, найти их не смог. Я вернулся к машине и сел. Но ехать никуда пока не собирался. Что это было? Обман зрения? Галлюцинация? Последствия пережитого за последнее время? Нервное расстройство? Что? Щёлкнул прикуриватель, я затянулся и откинулся на спинку сиденья, медленно выдыхая дым в потолок. Облако как бы нехотя рассосалось, и я увидел на потолке салона одно слово: «неудачник». Так я сам себя называл, когда у меня что-то не получалось. Вскочив как безумный, врезался темечком в крышу машины. Резкая боль пронзила голову, заставила закинуть её назад. Мой взгляд опять упёрся в верх салона. Там ничего не было. Только медленно расплывающееся облачко сигаретного дыма.

И всё... В этом мире творится какая-то чертовщина. Здесь всё не так. Здесь всё враждебно. Вдруг я услышал: «Ты никогда не был мне другом... ты мне не друг... не друг... не друг...» - это был Димкин голос. Я взвыл: «Дима, это неправда... ты всегда был мне больше, чем друг... ты для меня как брат!!!» «Врёшь, мне Вера про тебя всё рассказала! Ты всегда мешал жить ей и мне. Ты мешаешь нашему счастью! ТЫ! Сволочь...» «Дима, не-е-е-ет!!!» Я потерял сознание... Не знаю, сколько прошло времени, но когда я очнулся, занимался рассвет...

Глава 4.

Ночь нехотя уползала в своё логово, освобождая место солнцу. Кроваво-красная полоска зари расширялась, отвоёвывая горизонт перед наступлением дня. Я очнулся на сиденье, дрожа от утренней сырости. Захлопнув дверцу, я включил климат-контроль и расслабился, позволяя своему телу согреваться в естественных условиях. Скоро я совсем пришёл в себя. Мимоходом глянув в зеркало, я оторопел: у меня со лба свисала пепельно-седая прядь волос. Настолько сильно было ночное потрясение. Я вздохнул, откинул со лба седую прядь и начал потихоньку сдавать назад.

Я ехал обратно в Москву. Я понял, куда я попал. Это измерение в человеческой душе называется «Мир собственных страхов». И я знал, как попасть домой. Туда, где мне верят и ждут меня. Для того, чтобы попасть домой, надо было пройти через все свои страхи не дрогнув. И когда на шоссе опять показалась Вера, я не испугался. Я остановился, вышел из машины и сказал: «Привет! Как твои дела? Как у вас с Димкой?» Вера ничего не ответила. Она опустила голову и растаяла, как туман при появлении солнца.

Я вернулся в машину, включил скорость и поехал дальше. Проезжая мимо кладбища, я опять притормозил. Увидев ночного зверя, стоящего на дороге, я без страха и отвращения взглянул на него. Чудовище внимательно посмотрело на меня и, отвернувшись, побрело в сторону могил. Довольный своей победой, я прибыл на Белорусский вокзал и оставил машину на стоянке.

Спустившись в метро по едущему уже с нормальной скоростью эскалатору, я прошёл к остановке первого вагона и стал ждать. «Костлявый» задерживаться не стал. С бешеной скоростью поезд влетел на станцию, остановившись вровень со мной. Скелет, ухмыляясь, смотрел на меня. Я весело подмигнул ему. За какие-то секунды на костях образовалось мясо, затем оно покрылось кожей и вот передо мной нормальный машинист, немного невыспавшийся перед утренней сменой. Я зашёл к нему в кабину, и мы разговорились.

Приехав на Автозаводскую, я направился к разрушенному эскалатору, без колебаний вступил на пустое место и тут же под ногой ощутил твёрдую ступеньку. Таким образом, я поднялся до самого верха. Выйдя на улицу, я полной грудью вдохнул немного сыроватый, свежий утренний воздух, когда раздался Димин голос: «Ты молодец! Справился один! Без чужой помощи!» «Спасибо, Дим! Я очень тебе благодарен за всё, что ты для меня сделал! Спасибо, дружище!» Я услышал нарастающий рёв авиационных двигателей и сказал: «Мне пора! Увидимся в реальном мире! Ещё раз спасибо!» Самолёт приближался с невероятной скоростью, гоня перед собой мощные потоки воздуха, которые едва не сбивали меня с ног. Я ждал его и пристально следил за каждым манёвром. В последний момент истребитель резко отвернул, уйдя в сторону. Воздушной волной меня отбросило назад, и я ударился головой (в который раз!!!) о деревянный столб, подпирающий вход в метро.
Удар, затем пустота. Я очнулся на мостовой, увидел над собой взволнованные лица людей.
- Парень, ты в порядке? Я видел, как тебя приложило дверью. Ты герой, выдержать такой удар не каждому под силу...
- Да, спасибо. Со мной всё в порядке. Только голова гудит немного. Где Вера... она кричала...
- Тебе почудилось, наверное... Это был таксист, неудачно перестроившийся в другой ряд. У него на машине очень визгливый сигнал.
- А-а-а-а... Понятно... Ух, ты чёрт... Ладно, спасибо, но мне пора. Мама дома заждалась...
- Удачи...

Эпилог.
На следующий день голова почти перестала болеть. Я пошёл в институт, отсидел четыре пары лекций, и совершенно вымотанный, присел покурить у метро.

- Привет! Как ты себя чувствуешь? Это Вера. Я поднялся с корточек, взглянул ей в глаза и спокойно сказал:
- Спасибо, всё в порядке! На самом деле, всё тип-топ!
- Я рада за тебя. Очень рада. Слушай, а мы не могли бы как-нибудь встретиться?... Мы давно не виделись...
- Нет! У тебя есть Димка. Ты его любишь. И у меня тоже скоро кто-нибудь будет. Мне пока очень сложно видеть вас вместе, ребята. Я пока исчезну из круга общения... Чтобы вам не мешать. И себе нервы не трепать. К тому же, самому надо обустроиться... Счастливо!

Отточенным движением я отправил бычок прямиком в урну, махнул Вере на прощание рукой, и лёгким пружинистым шагом двинулся к турникетам. В вагоне я оказался прижат к очень симпатичной девушке. Повернувшись к ней, хитро подмигнул. Она ответила улыбкой. Мы разговорились… Иногда не стоит ничего менять в прошлом, доставляя себе боль в настоящем, а менять настоящее, радуясь будущему... Спасибо всем, кто прочитал, оценил и понял.

Атор: Gaxan
TEXT +   TEXT -   Печать Опубликовано : 07.12.07 | Просмотров : 1856

Рекомендуем
Реклама


Поиск
Введите слово для поиска :
 
Наши Друзья
Галактические Войны

Клан Корсары Корсары
клан Другая Сила Другая сила
 
Наша кнопка

код кнопки:
 
Поиск Google
 
Рассылка
Ваше имя:
E-Mail:
Формат:

 
Статистика
Яндекс цитирования

 
© 2017 (c) Badman [ PG.t : 0.03 | DB.q : 10 | DB.t : 0.00 ]